269 >

и  остановился  перед  ней  в  кроткой  и смиренной позе, которая, по-моему,
должна  была  вызвать  сочувствие и снисхождение, но этого не случилось. Она
посмотрела  на  меня  и  на  щепку  в  равной  степени неодобрительно, потом
назвала  меня  полным  именем:  Сэмюел  Ленгхорн Клеменс (вероятно, я еще ни
разу  не  слыхал,  чтобы  кто-нибудь произносил все эти имена сразу, одно за
другим),  и  сказала,  что ей стыдно за меня. Впоследствии я узнал, что если
учитель  называет ученика полным именем, то это ничего доброго не сулит. Она
сказала,  что  постарается  выбрать мальчика, который больше моего смыслит в
прутьях,  и мне до сих пор становится горько при воспоминании о том, сколько
мальчиков  просияло  от  радости,  в  надежде  что  выберут  их.  За  прутом
отправился  Джим  Данлеп,  и  когда он принес выбранный им прут, я убедился,
что он знаток в этом деле.
     Миссис  Горр  была  дама  средних  лет,  уроженка  Новой Англии, строго
следовавшая  всем  ее правилам и обычаям. Она всегда начинала уроки молитвой
и  чтением  главы  из  Нового  Завета;  к  этой  главе  она  давала  краткие
пояснения.  Во  время одной из таких пояснительных бесед она остановилась на
тексте:  "Просите,  и дастся вам", - и сказала, что если человек очень хочет
чего-нибудь  и  усердно об этом молится, то его молитва, без сомнения, будет
услышана.
     Должно  быть,  я  тогда  узнал  об этом впервые - так меня поразило это
сообщение  и  те  приятные  перспективы,  которые передо мной открывались. Я
решил  немедленно сделать проверку. Миссис Горр я верил на слово и нисколько
не  сомневался в результатах. Я помолился и попросил имбирного пряника. Дочь
булочника  Маргарет  Кунимен  каждый  день  приносила  в школу целую ковригу
имбирного  пряника;  раньше  она  ее прятала от нас, но теперь, как только я
помолился  и  поднял  глаза,  пряник оказался у меня под руками, а она в это
время  смотрела  в  другую сторону. Никогда в жизни я так не радовался тому,
что  моя молитва услышана, и сразу уверовал. Я во многом нуждался, но до сих
пор  ничего  не  мог  получить;  зато  теперь,  узнав,  как  это делается, я
намеревался вознаградить себя за все лишения и попросить еще чего-нибудь.
     Но  эта мечта, как и все наши мечты, оказалась тщетной. Дня два или три
я  молился,  полагаю,  не  меньше, чем кто-либо другой в нашем городе, очень
искренне  и  усердно,  -  но  ничего  из этого не вышло. Даже самая усердная
молитва  не  помогла  мне  стянуть пряник вторично, и я пришел к заключению,

Следующая

269 >