Марк Твен. Из "Автобиографии" - 1898
57 >
[РАЛЬФ КИЛЕР{62}]
Он был родом из Калифорнии. Я, должно быть, познакомился с ним в
Сан-Франциско, около 1865 года, когда был газетным репортером, а
Брет-Гарт{62}, Амброз Бирс{62}, Чарльз Уоррен Стоддард и Прентис
Мэлфорд{62} начинали литературную работу в еженедельнике мистерa Джо
Лоуренса - "Золотой век". Во всяком случае, я был уже знаком с ним в
Бостоне несколькими годами позже, когда с ним дружили Гоуэлс{63},
Олдрич{63}, Бойл О'Райли{63} и Джеймс Т. Филдс{63}, - все они относились к
нему с большой симпатией. Я сказал "дружили" с ним, и это настоящее слово,
хотя он сам не назвал бы так фамильярно свои отношения с ними, - он был
самый скромный в мире юноша, смиренно взирал на этих знаменитостей, и был,
как ребенок, благодарен за дружеское внимание с их стороны, искренне
благодарен, и когда мистер Эмерсон{63}, мистер Уиттьер{63}, Холмс{63},
Лоуэлл{63} или Лонгфелло удостаивали его кивка или улыбки, то его радость
умилительно было видеть. В то время ему было не больше двадцати четырех
лет, его мягкий от природы характер еще не испортили заботы и
разочарования: он был жизнерадостен, и самым трогательным образом надеялся
сделать литературную карьеру, хотя бы и не блестящую. Все, с кем он
знакомился, становились его друзьями и вполне естественно и безотчетно
брали его под опеку.
У него, вероятно, никогда не было ни родного дома, ни детства. Еще
мальчиком он пришел откуда-то в Калифорнию, безропотно зарабатывал на хлеб
самыми разнообразными и скромными занятиями и проводил время весело и с
пользой. Между прочим, ему приходилось даже танцевать "чечетку" в
негритянском балагане. Когда ему было около двадцати лет, он сколотил
долларов тридцать пять бумажками, что на золото выходило вдвое меньше, на
этот капитал совершил поездку по Европе и напечатал статью о своих
путешествиях в "Атлантик монсли"{63}. В двадцать два года он написал роман
под заглавием "Главерсон и его молчаливые товарищи", и не только написал,
но и нашел для него издателя. Впрочем, тут нет ничего удивительного: есть
люди, которым даже самый жестокосердый издатель не в состоянии отказать, и
Ральф был как раз из их числа. Он благодарил за оказанную любезность так
простодушно и искренне, так трогательно и красноречиво, что издатель махал
рукой на прибыль, сознавая, что может получить несравненно больше, чем
