26 >

     Гретхен сидела  перед  небольшим  зеркалом  на  ее  туалетном  столике,
прислоненном  к  стене. Правда,  это был не туалетный, а кухонный  стол, она
купила его  у старьевщика за  два  доллара  и перекрасила в розовый цвет. На
чистом полотенце  аккуратно разложены баночки  с  косметикой, три  маленьких
флакончика с духами, набор  инструментов  для  маникюра и щетка для  волос с
серебряной  пластинкой  наверху,   подаренная   ей,  когда   ей  исполнилось
восемнадцать  лет.  Она  сидела в старом  халатике. Теплая,  мягкая фланель,
прикасаясь к ее коже, создавала привычное чувство  домашнего уюта, когда она
возвращалась поздно вечером с холодной улицы.  Гретхен набрасывала его перед
тем, как забраться в постель, еще когда была девочкой. И сегодня  вечером ей
хотелось того же комфорта.
     Она вытерла лицо салфеткой "клинекс". Какая у нее белоснежная кожа! Она
унаследовала ее от матери, и  голубые, с фиолетовым отливом глаза тоже. А от
отца  --  черные  прямые  жесткие  волосы.   "Гретхен,  ты   очень  красивая
девушка",-- часто говорила  ей  мать. Такой же красавицей она  была и  сама,
когда  ей  было столько же  лет, сколько Гретхен.  Она постоянно  напоминала
дочери следить за собой и не поддаваться увяданию, как это произошло с  ней.
Именно слово "увядание"  говорила  ей мать. Замужество немедленно приводит к
увяданию. Порча происходит из-за прикосновения к телу девушки мужчины. Мать,
правда,  не  читала ей никаких  нотаций по  поводу  того, как вести  себя  с
мужчинами, так  как  была уверена в целомудрии дочери (добродетели,  так она
говорила), но тем  не менее  использовала все свое влияние и заставляла дочь
носить  свободные платья, скрывающие  фигуру.  "Зачем  самой  нарываться  на
неприятности? -- частенько повторяла мать.-- Придет время, и глазом моргнуть
не успеешь, как они на тебя свалятся".
     Однажды  мать  призналась, что  в  молодости  хотела уйти  в монастырь.
Вспоминая  слова  матери,  Гретхен всегда  чувствовала острую  боль. Ведь  у
монахинь   не  бывает  дочерей.  А  она,  Гретхен,  живет  на   белом  свете
девятнадцать  лет,  и  вот  сейчас  холодной  мартовской  ночью  в  середине
двадцатого столетия сидит перед зеркалом только потому,  что матери  удалось
избежать предназначенной ей судьбы.
     Но после того,  что сегодня вечером случилось с ней, горько  размышляла
Гретхен, она и сама, пожалуй, ушла бы в монастырь. Если бы верила в Бога!
     После  работы она, как обычно, пошла в военный госпиталь, расположенный

Следующая

26 >